April 15th, 2009

(no subject)

Писать совершенно не о чем...Всё буднично и уныло, как двойные стрелки на холостяцких штанах.

(no subject)

-надцатый день мирового кризиса…Лениво чищу картошку на кухне. И вдруг мысль пронзает навылет и наповал - А не много ли я картошки начищаю? А может быть, надо поэкономнее? Что как не за горами уже призрак надвигающегося голода и мора?
Ножик сам выпадает из обслабших пальцев…Вот те на!...Сами по себе в голове рисуются ужасные картинки чаплинского поедания собственных штиблет, виденные в интернете жертвы подиумов и т.д.
М-да…Надо бы глянуть, сколько макарон осталось в загашниках; с маслом сливошным и постным поаккуратнее – смазал сковородку и хорош; соль со спичками – это как водится…
А со шмотками чего? Вдруг как пообношусь весь?...Помню, где-то был пуховик китайский, перья из которого ссыпались в подол, и он стал похож на бадминтонный воланчик…Надо будет найти…Да и вообще поскрести по сусекам – штаны там всякие, подтяжки с носками-жилетками-платками и прочая мануфактура…
Гляжу обреченно на картошку…Вымытая она долго не лежит…Эх-ма! Убытки-то какие!…Снова беру ножик в руки…

Робинзоновское

Где ты, мое детство в тренировочных штанах,
С коленками вытянутыми?
Видишь, без тебя совсем поник я и зачах,
Как кактус за стеклами пыльными.
Уплыл корабль-спичка по ручью туда,
Где океан становится лужею.
Какой-то умник сказал, что время как вода,
Что толку в этой мудрости ненужной?
Давно сгнила скамья, где вырезал ножом,
По дереву, как по коже:
«В + Л = любовь», а потом,
А потом…Потом сплошные «может».
Осталась малость, так, милый пустяк-
Шнурки завязываю так, как раньше.
И просыпаясь каждым утром все никак,
Не могу понять, что делать дальше.
Среди понедельников, вторников, сред,
Никак не отыскать развилку,
Где подобрав не мною брошенный пакет,
Прочтет хоть кто-то жизнь мою в бутылке.