January 18th, 2007

(no subject)

Апатия...Как часто не замечаем, что делаем практически все дела "на автомате"...Не задумываясь ни на секунду...Выверен маршрут. Мы поворачиваем, где надо. Обходим грязь...Достаем деньги из кошелька...Едим. Смотрим телевизор. Мгновенно забывая, что посмотрели минуту назад...Ничего не задерживается в голове...

Затылок ероша, в пустых зеркалах,
Усталость глядит затаившимся бесом.
Слюною, запекшейся в губ уголках,
Заклеенным наспех от бритвы порезом.

На кухне стоит, прислонившись к стене,
И, сломанной спичкой в зубах ковыряя,
В руке держит чашку, с заваркой на дне,
Прищурив от лампы глаза, наблюдает.

На плечи одеждой ложится сырой,
И лезет наружу из рваных карманов.
Подошвами шаркая, ходит за мной,
Хвостом за собою следы заметая.

(no subject)

В юности мне пришлось познать всю силу искусства и литературного слова...Однажды я ехал в электричке. Напротив сидела девушка...Ах! Мечта!...Повздыхав, полез в сумку, в которой уже две недели пудовой гирей лежал первый том "Войны и мира"...Из тех кто помнит - первые листов 20 данного краеугольного камня нашей, да и всемирной литературы, написаны на французском...Я долго пытался понять, что же все-таки написано. Однако, безуспешно...И тут я случайно глянул на попутчицу...Как же она на меня смотрела!...

Когда сидел я перед ней с французской книжкой,
На буквы глядя в профиль и анфас,
Она моргала мне смущенно, как воришка,
И не сводила восхищенных глаз.

А я от важности сопел, и лоб наморща,
Глазами жадно бегал по строкам,
И отрываясь иногда, так, между прочим,
Вздыхал и романтически моргал.

Она же млела и дышала учащенно,
Ведь, невзначай, я сердце ей разбил.
Через минуту мы болтали увлеченно,
По мере чувства и по мере сил.

И что с того, что я не понял вовсе,
Ни слова из того, что прочитал.
Ведь не узнает же никто - ни до, ни после,
Как долго этот метод я искал.

Знакомство - будто тонкий лед весенний,
Чуть не туда - и скрылся под водой
А значит, для страховки, пару сочинений
На иностранном я вожу с собой.